Попытки избавиться от нашего эмоционального стресса могут ввергнуть нас в «когнитивный шок», который превращает наш ум в путаницу. Эзра Байда задает пять простых вопросов, которые помогут нам этого избежать.

Ezra_Bayda
Эзра Байда

американский Дзен-деятель, автор и учитель дзен, преподаватель в Дзен-центре Сан-Диего (находится в авангарде движения, чтобы представить основные истины буддизма без традиционной терминологии):

Во время недавней поездки в тюрьму Алькатрас у меня был захватывающий опыт – я гулял по коридорам, стоял в камерах и пытался представить, каково это – быть заточенным в этих стенах. До своего закрытия как действующей тюрьмы, Алькатрас была уникальна тем, что все заключенные были изолированы в одиночных камерах. Я слышал историю одного узника, который был помещен в темную как ночь одиночную камеру в качестве наказания. Он сорвал пуговицу со своей рубашки и бросал ее в воздух. Затем он вставал на колени и искал её, а затем бросал снова – просто чтобы не сойти с ума в темноте.

Может показаться, что этот пример не имеет к нам никакого отношения, но правда заключается в том, что у каждого из нас есть свои собственные способы избегать темноты и стратегии как бросать пуговицу. Они могут выглядеть более разумными и продуктивными, но по-прежнему это все такие же попытки избежать своих проблем.

Кажется, что стремление избежать неприятного глубоко укоренено в человеческой психике. В конце концов, когда кажется, что мы теряем контроль над жизнью, нам естественно хочется искать утешения и облегчения. Но ощущение, что жизнь вышла из-под контроля, не ново. Как более 2500 лет назад сказал Будда, нам всегда придется иметь дело с тем фактом, что жизнь неразрывно связана с дискомфортом и разочарованием. У нас всегда будет множество проблем – беспокойство о финансовой безопасности, трудности в отношениях, страхи за свое здоровье, стремление к успеху и признанию и тревога о том, что всё пойдет не так, и т.п. И, возможно, самая большая проблема заключается в том, что мы на самом деле не хотим иметь вообще никаких проблем. Именно поэтому наша нынешняя жизнь и кажется переполненной стрессами.

Многие люди приступают к практике медитации с ожиданием, что она принесет им спокойствие и избавление от душевных страданий. Конечно, в некоторой степени медитация может это дать. Но, когда мы по уши увязли в эмоциональном стрессе, нам повезет, если мы вообще сможем хотя бы вспомнить об этом инструменте. Даже если бы мы могли не забывать о медитации, то сам факт того, что мы просто сидим и следуем за дыханием, не обращаясь напрямую к нашим проблемам, вряд ли принесет глубокое и устойчивое спокойствие. Проблемы останутся.

Иногда, когда эмоции необычайно сильны, когда нас одолевают очень дискомфортные чувства потери почвы под ногами и полной беспомощности, в такие моменты особенно трудно вспомнить то, что мы знаем.

На то есть веская причина. Когда мы находимся в состоянии стресса, у «нового» или когнитивного мозга есть тенденция к прекращению выполнения своих функций. Это явление называется «когнитивный шок», и оно отключает базовые способности когнитивного разума функционировать. Когда думающий мозг находится в творческом отпуске, мы просто не в состоянии ясно мыслить. Во время когнитивного шока «древний» мозг, ответственный за выживание и защиту, берет верх. В этот момент мы, скорее всего, будем атаковать, спасаться бегством или впадем в оцепенение, но ни одна из этих моделей поведения не способствует развитию осознанности. Опять же, когда мы оказываемся в состоянии когнитивного шока, нам очень повезет, если мы сможем вспомнить хотя бы о своем стремлении к пробуждению.

Когда ясность затмевается темной бурлящей энергией эмоциональной боли, полезно иметь несколько кратких напоминаний, которые вернут нас к реальности.

Настоящий вопрос: Что помогает нам пробудиться? Ответ на этот всеобъемлющий вопрос можно разбить на пять очень простых, конкретных и небольших вопросов, каждый из которых поможет найти нам путь к ясности.

Итак, вот 5 вопросов, которые помогут нам пробудиться

1 Что происходит прямо сейчас?

Этот вопрос требует честного признания реальной ситуации. Но для этого мы должны уметь видеть разницу между нашей интерпретацией происходящего и реальными фактами ситуации.

Например, когда мы испытываем панические чувства из-за потери работы или того, что все наши накопления исчезли в одночасье, легко увязнуть в своих страхах так сильно, что мы теряем всякое чувство перспективы. Но что на самом деле происходит в настоящий момент? Разве не верно то, что обычно мы гораздо больше страдаем от наших навязчивых мыслей об угрозе бездомности и голодной смерти, чем от реального опыта голода и утраты крыши над головой? Способность ясно видеть свои мысли, в подлинность которых мы верим, и которые зачастую основаны на негативных представлениях о будущем – позволяет нам вернуться к объективной реальности того, что происходит.

Другой пример: когда мы попадаем в водоворот эмоционального стресса, мы почти всегда добавляем мысль: «что-то не в норме», что-то не так в целом, либо, что более вероятно, не так во взаимоотношениях с другим человеком или с самим собой. Кроме того, мы почти всегда будем думать о том, как сбежать от стресса – попытаться исправить ситуацию, найти виновного или провести анализ ситуации. Говоря короче, эффективная работа с нашими эмоциональными проблемами требует, чтобы мы сначала ясно увидели не только то, что на самом деле происходит, но и то, что мы привносим в ситуацию с помощью созданных нами обходных путей, планов побега и суждений.

Как много наших проблем возникает из тех историй, которые мы придумываем? Отказ от нашей сюжетной линии имеет решающее значение для понимания того, что на самом деле происходит в настоящий момент. Нам нужно увидеть всю историю такой, какая она есть на самом деле. Нужно перестать постоянно повторять свою версию истории в мыслях, и усомниться в их истинности. Ведь единственное, что эти мысли делают – поддерживают и укрепляют наши болезненные переживания. Это особенно верно, когда мы оправдываем и обвиняем себя. Задача первого практического вопроса – «Что происходит прямо сейчас?» – может помочь нам вырваться из отравляющего замкнутого круга наших историй.

2 Могу ли я рассматривать это как свой путь?

Если мы не будем задавать себе этот важный вопрос, то вряд ли даже вспомним, что наша проблема является возможностью для пробуждения. Нам важно понимать, что наша бедственная ситуация – это именно то, с чем нам нужно работать, чтобы стать свободными.

Например, человек, который нас больше всего раздражает, становится зеркалом. Вы можете назвать этого человека «раздражающим Буддой» – отражающим нам именно то, в чем мы застряли. В конце концов, раздражение – это то, что мы привносим в ситуацию.

Необычайно важно, чтобы мы научились тому, что трудные ситуации и чувства не являются препятствиями, которых следует избегать. Скорее, эти трудности и являются самим путем. Это возможность вырваться из нашего маленького защищенного мирка; это наша возможность пробудиться к более подлинному образу жизни. Важность этого момента трудно переоценить.

Возможно, вы и раньше слышали эту идею, что наши трудности являются нашим путем. Но гораздо проще понять это интеллектуально, чем помнить об этом, когда мы находимся посреди жизненного хаоса. Почему? Потому что мы инстинктивно хотим жить без проблем. Поэтому мы обычно продолжаем искать утешения и безопасности до тех пор, пока в какой-то момент (если нам повезет) не станем достаточно разочарованы ударами судьбы. В этот момент мы можем понять, что наши стратегии, какими бы они ни были (например: больше контролировать, сильнее напрячься, избежать, обвинить других) никогда не дадут нам то качество жизни, которого мы все хотим. В этот момент, когда жизненные разочарования становятся нашим учителем, мы можем начать использовать свои трудности как путь к пробуждению.

Если мы будем помнить о важности этого, мы сможем сделать большой шаг в практике – мы сможем открыться своей боли и приветствовать её. Потому что поймем, что до тех пор, пока мы продолжаем сопротивляться своему опыту, мы будем ходить по замкнутому кругу.

3 В какую свою мысль я верю больше всего?

Мы должны знать, где мы застряли в наших радаро-подобных убеждениях. И нам нужно знать, как с ними работать. Опять же, процесс начинается с вопроса: «В какую свою мысль я верю больше всего»? Однако, если ответ не приходит, отбросьте вопрос и вернитесь к своим физическим переживаниям, вместо того, чтобы пытаться найти интеллектуальное решение. Затем, немного погодя, снова задайте себе этот вопрос. Рано или поздно, если проявить настойчивость, ответ придет сам собой, иногда в виде прозрения.

Например, ваша поверхностная мысль может быть такой: «С этим невозможно смириться». В этой мысли звучит защитный голос гнева и разочарования. Но когда мы исследуем глубже, то можем совершить большое открытие – обнаружить мысль «Я не могу этого сделать», в которую мы вцепились изо всех сил. Затем, когда мы узнаем себя глубже, мы можем перейти на новый качественный уровень понимания. Разве мы не сталкивались с этой идеей много раз раньше? Именно в этот момент мы начинаем понемногу разбирать крепость воздвигнутую из наших глубоко укоренившихся негативных представлений о себе. Но чтобы добраться до этого места, сначала мы должны выяснить, в какие из своих мыслей мы верим больше всего.

Ответить на этот вопрос – все равно что пытаться зафиксировать ум на снимке. Есть большой соблазн пропустить этот вопрос, особенно потому, что мы часто принимаем свое мнение за Истину, и бывает трудно понять, во что мы на самом деле верим. Хотя наблюдение за умом позволяет нам ясно увидеть наши поверхностные мысли, самые глубокие убеждения остаются сокрытыми под поверхностью. Таким образом, эти глубоко укоренившиеся убеждения часто диктуют нам то, как мы себя чувствуем и действуем, и они продолжают функционировать почти бессознательно.

Например, наши мысли о личной незащищенности, в которые мы свято верим, могут не проявляться на поверхности в конкретной ситуации. Мы часто не осознаем их присутствия. Но их отравляющий след проявляется в нашем гневе, депрессии, в чувствах вины и стыда. Эти мысли о незащищенности, в которые мы верим и которые так глубоко скрыты, действуют как радар, и мы часто выискиваем те переживания, которые подтверждают, что наши убеждения истины – это классическое самоисполняющееся пророчество.

Например, если вы считаете, что жизнь небезопасна, все, что вам нужно для подтверждения, это получить счет, который немного больше, чем вы ожидали. И все, вот уже ваш ум начинает плести сценарии гибели.

4 Что Это?

Этот вопрос, возможно, самый важный, является коаном Дзен, поскольку рациональный ум не может найти на него ответ. Единственный ответ приходит тогда, когда нам удаётся напрямую обратиться к физическому опыту настоящего момента. Прямо сейчас спросите себя: «Что это?» Даже если вы не чувствуете никакого стресса, этот вопрос может относиться ко всему, что есть в настоящем моменте. Обратите внимание на свою физическую позу. Почувствуйте какие физические ощущения преобладают сейчас в теле. Почувствуйте напряжение в лице, груди и животе. Осознайте окружающую вас среду – ее температуру, яркость света, окружающие звуки. Почувствуйте, как тело вдыхает и выдыхает, в то время, пока вы проживаете ощущение текущего момента. Почувствуйте энергию в теле, когда вы сосредотачиваетесь на «Что» (а не «Почему») вашего опыта. Только так вы ответите на вопрос «Что Это»?

Трудно поддерживать осознанность в настоящем моменте, когда присутствует стресс. Ведь для того, чтобы по-настоящему пережить настоящее так, как оно есть, мы должны отказаться от наших самых привычных способов защиты: от оправдания, попытки всё контролировать, оцепенения, поиска отвлечений и так далее. Единственная цель этих стратегий – уберечь нас от боли, которую мы не хотим испытывать. Но до тех пор, пока мы не сможем отказаться от этих способов защиты и напрямую пережить физический опыт, мы останемся застрявшими в истории своего «я», не осознавая жизнь, которая разворачивается в данный момент.

Например, если мы чувствуем тревогу – вполне естественно хотеть избежать этого чувства. Мы можем постараться занять себя чем-нибудь, или прикладывать больше усилий, или попытаться разобраться в происходящем. Но если мы можем спросить себя «Что это?» – единственный важный настоящий ответ приходит в процессе переживания тревоги на физическом уровне, в текущий момент. Но помните, мы не спрашиваем – «О чём это?», что является попыткой анализа – прямой противоположностью физическому присутствию. Мы просто спрашиваем: Что это на самом деле?

Коан-вопрос «Что это?» пробуждает качество любопытства, поскольку единственный «ответ» приходит из состояния полной открытости переживанию истины каждого момента. Любопытство означает, что мы готовы исследовать неизведанную территорию – места, куда не хочет отправляться наше эго. Любопытство позволяет нам подойти к самому краю, приблизиться к нашим самым глубинным страхам. Настоящее любопытство означает, что мы готовы сказать «да» нашему опыту, даже самым сложным его частицам, вместо того, чтобы потакать нашим «нет», которые рождаются из привычного сопротивления.

Когда мы говорим «Да» своему опыту – это не означает, что нам нравится этот опыт, что мы готовы принять его. Это даже не значит, что мы отвергаем «Нет» нашего сопротивления. Сказать «Да» просто означает, что мы обращаем пристальное внимание на «Нет». Это означает, что мы больше не сопротивляемся людям, вещам и страхам, которые нам не нравятся. Вместо этого мы учимся открываться им, приглашать их, приветствовать их с любопытством, чтобы понять, что происходит на самом деле.

Тем не менее иногда, когда ум мечется в панике неуверенности в себе и замешательстве, особенно трудно вернуться к стремлению пробудиться. Как нам найти в себе готовность оставаться в такие моменты лицом к лицу с нашими страхами – страхами, которые всегда будут ограничивать нашу способность любить? Когда нам кажется, что вокруг сгустилась тьма и ничего не помогает, когда мы даже забываем о желании двигаться к свету, единственное, что мы можем сделать, – это сделать глубокий вдох в центр груди. На вдохе мы проявляем к себе такое же тепло и сострадание, какие мы чувствуем к другу или ребенку, попавшему в беду. Когда мы вдыхаем в сердце, мы соединяемся с центром нашего существа на физическом уровне и это способ проявлять любящую доброту к самому себе, даже тогда, когда кажется, что любящей доброты поблизости нет и в помине.

Помня, что наши проблемы – это также наш путь, и вдыхая неприятные ощущения в центр груди, мы можем научиться оставаться с текущими болезненными ощущениями. Важно понимать, что способность задавать вопрос «Что это?» и оставаться с тем, что мы в результате обнаруживаем – требует большого терпения и мужества. Может быть, нам это удастся лишь немного. Но мы упорно продолжаем, даже если это всего лишь три вдоха за раз. Именно осознанность лечит нас. Именно осознанность позволяет нам воссоединиться с нашим сердцем, с сущностью нашего существа.

Недавно мне сказали, что мне нужно пройти медицинскую процедуру, чтобы определить, есть ли у меня рак простаты. Страх от мысли о раке простаты в сочетании с воспоминаниями о крайне неприятном опыте предыдущих аналогичных процедур, привели к чувству ужаса и болезненности. С годами я освободился от многих своих страхов и привязанностей, но у каждого из нас есть та грань, за которую не велит выходить наш страх и, хотя у меня был обширный опыт практики с болезнями и болью, несомненно, эти обстоятельства поставили меня на мой личный рубеж.

Мне было полезно ответить на первый вопрос: «Что происходит сейчас?», потому что я мог видеть, что на самом деле не было никакого физического дискомфорта, кроме дискомфорта, вызванного верой в мои мысли, основанные на страхе. Также было полезно спросить себя: «Могу ли я рассматривать эту ситуацию как свой путь?», так как это указывало на возможность работы со своими привязанностями и страхами. Вопрос «В какую свою мысль я верю больше всего?» позволил мне увидеть, что такие мысли, как «Это слишком» и «Я не вынесу этого», были просто мыслями – мыслями, которые не были правдой, независимо от того, насколько правдивыми они казались в тот момент.

Но настоящий ключ к работе с паникой и ужасом пришел от ответа на коан-вопрос «Что это?». Ответ заключался в том, чтобы снова и снова возвращаться к физическому опыту настоящего момента, например, к ощущению стеснения в груди и тошноты в желудке. Иногда я мог оставаться с ним на протяжении лишь трех вдохов. Иногда переживания были настолько сильными, что все, что я мог сделать, это вдохнуть эти ощущения в центр груди, вспоминая всех тех, кто страдает от того же или подобного недуга, и стараясь проявить сострадание ко всем.

В конце концов, вопрос «Что это?», с которым я оставался некоторое время, позволил начать растворяться тюремным стенам страха, в которые я добровольно себя заточил, и я смог испытать легкость и свободу отказа от сопротивления.

Когда мы сможем интуитивно проникнуть в суть вопроса: «Что это?», мы увидим, что наш опыт, каким бы неприятным он ни был, постоянно меняется и что, по сути, это просто комбинация мыслей, в которые мы верим, физических ощущений и старых воспоминаний. Как только мы увидим это, переживание страдания начнет распадаться на отдельные составляющие, и не будет казаться таким прочным. Но опять же, исцеление приносит осознанность.

5 Могу ли я позволить этому переживанию просто быть?

Это непросто сделать, потому что человеческое стремление к комфорту заставляет нас желать исправить неприятные переживания или избавиться от них. Позволить нашему опыту просто быть, как правило, становится возможным только после того, как мы разочаровываемся в тщетности попыток исправить себя (и других). Мы должны понять, что попытки изменить или отпустить те чувства, которые мы не хотим испытывать, попросту не работают. Чтобы позволить нашему опыту просто быть, необходимо глубокое понимание того, что попытки отталкивать нашу боль гораздо мучительнее, чем чувствовать ее. Это понимание не интеллектуальное, и оно укореняется в сердцевине нашего существа.

Как только мы позволим нашему опыту быть таким, какой он есть, осознанность станет более вместительным сосудом, внутри которого стресс начнет распадаться сам по себе. Иногда в этом помогает расширение объемности осознавания, когда мы намеренно охватываем им окружающее пространство и звуки, или что-либо, с чем мы можем контактировать за пределами границ нашей кожи. В этом более широком и просторном сосуде страдание может даже превратиться из чего-то тяжелого и мрачного в чистую энергию, более легкую и прозрачную. Эта энергия может высвободиться сама по себе, без каких-либо попыток избавиться от нее.

Этот последний вопрос: «Могу ли я позволить этому переживанию просто быть?». Он даёт возможность проявиться качествам милосердия и любящей доброты, потому что мы больше не считаем себя или свой опыт ущербными. Мы готовы проживать свою жизнь в обширном пространстве сердца, а не в самоограничивающих суждениях ума.

Эти пять вопросов – «Что происходит прямо сейчас?», «Могу ли я рассматривать это как свой путь?», «В какую свою мысль я верю больше всего?», «Что это?» и «Могу ли я позволить этому переживанию просто быть?», – напоминают нам о ключевых шагах, необходимых для работы с нашим эмоциональным травмами. Некоторые мои ученики носят в кармане ламинированные карточки с этими пятью вопросами на случай «когнитивного шока», когда всё, что мы знаем, временно забывается.

Однако помните, что эти вопросы – всего лишь указатели. Важно не потеряться в средствах и технологиях. В более широком смысле – мы задаем эти вопросы, потому что испытывая эмоциональный стресс, мы обычно оказываемся в плену самостоятельно воздвигнутых тюремных стен гнева, страха и замешательства. Но когда рушатся стены нашей добровольной тюрьмы, всё, что останется – единство связей, которым мы и являемся.

Источник: lionsroar.com
Перевод: Андрей Глушко
Коллажи: Карина Грилюк

Популярні матеріали

Ви потрапили на beta-версію сайту rytmy.media. Це означає, що сайт знаходиться у стадії доопрацювання та тестування. Це допоможе нам виявити максимальну кількість помилок і незручностей на сайті та зробити сайт зручним, ефективним та красивим для вас в подальшому. Якщо у вас щось не працює, або вам хочеться щось покращити у функціоналі сайту — зв'яжіться з нами у будь-який зручний для вас спосіб.
BETA